Новая жизнь заводов. Квартиры-лофты

Москвичи — «люди как люди… квартирный вопрос только испортил их», считал булгаковский персонаж. И действительно, нехватка метров издавна считалась для столицы практически нормальным явлением, а о таком понятии, как дизайн интерьера, москвичи узнали лишь десять лет назад. Наверное, именно поэтому сегодня рынок недвижимости в Москве развивается столь бурными темпами — потребитель отыгрывается за все пережитые жилищные невзгоды. Но если на заре российского капитализма элитным жильем считали любую достаточно большую квартиру в Центральном районе, то сегодня вместе с насыщением рынка разнообразнейшим жильем формируется мода на эксклюзивную недвижимость, отвечающую не только функциональным, но и эстетическим требованиям. Вкусы покупателя стали изощреннее, а пожелания к площади, расположению дома и виду из окна превратились в четко оформленные требования. Влияет на жилищную моду и растущая эрудированность потребителей, имеющих теперь возможность сравнивать московские предложения с лондонскими и даже нью-йоркскими. Все это естественным образом стимулирует продавцов и девелоперов на поиски новых неизбитых решений, которые будут пользоваться спросом у элитного клиента. Именно на этой волне и возникла потребность в лофтах — неизвестном москвичам виде жилья, в данный момент практически не представленном на нашем рынке.

Заводская история

Лофты — изобретение не новое. Они появились в Америке в конце 20 х годов прошлого века и поначалу в категорию элитного жилья никак не попадали. Английское слово loft, означающее «чердак» или «верхний этаж» промышленного здания, дало название специфическому виду жилой недвижимости — квартирам, расположенным в зданиях бывших фабрик и заводов. Возникновение лофтов было вынужденным явлением: после Великой депрессии обедневшие представители богемы начали искать недорогую площадь для работы и жизни. И тут как нельзя кстати пришелся район Сохо, где пустовало множество заброшенных промышленных сооружений. Привлеченные низкими арендными ставками, огромными площадями и высокими потолками, художники, музыканты и архитекторы стали устраивать в лофтах мастерские. Сами они селились там же — благо размеры пространства это позволяли. Уже к 50 м годам лофты, чьи преобразованные новыми хозяевами интерьеры теперь отличались необычным дизайном, считались одним из наиболее модных в Нью-Йорке типов жилья, а Сохо постепенно превратился из заброшенных выселков в популярный район, пестревший бутиками и художественными галереями. Окончательно повлиял на утверждение лофта в роли элитного жилища для индивидуалистов известнейший американский художник и дизайнер Энди Уорхолл. Он устроил на Восточной 47 й улице в Манхэттене Фабрику — студию-галерею, которая немедленно превратила лофты в объект желания не только богемной молодежи, но и преуспевающих бизнесменов, адвокатов и врачей. Сегодня лофт — такой же знаковый символ Нью-Йорка, как Empire State Building и Wall Street, а лофтовый стиль жизни увековечен во множестве фильмов и книг. Однако цены на подобные помещения настолько выросли, что большая часть тех, кто в свое время переделывал и обустраивал еще никому ненужные ветхие заводы и склады, была в конце XX века вынуждена съехать, уступив место представителям элитных слоев общества. Лофты облюбовали для себя многие звезды кино и шоу-бизнеса, такие как Том Круз, Харви Кейтел, Роберт Де Ниро и Дэвид Боуи…
Из Америки мода на лофты перекочевала в Европу — в столицы Великобритании, Германии, Австрии, Франции, Голландии. Индустриальные здания в черте города постепенно становились востребованными. Для лофтов использовали и школы, и сиротские приюты, и электростанции, а в Финляндии под них отдали здание железнодорожного вокзала. Эта переделка давала возможность убить двух зайцев: спасти корпуса, имевшие историческую ценность, от разрушения и получить новые жилые кварталы. В маленькой и компактной Европе, ценящей архитектурное единство городского ансамбля, такие дополнительные жилые площади в центральных районах особенно актуальны. В последние десять лет лофты стали популярны в Праге — там под жилье отдают отреставрированные многовековые здания старых пивоварен. Очень любят лофты и в Токио, где подобный вид жилья считают более престижным, чем пентхаусы. Мода на лофт в мировых мегаполисах достигла таких масштабов, что старых индустриальных помещений просто перестало хватать. Сегодня за право на переделку существующих сражаются самые известные архитекторы. Когда же все памятники индустриальной архитектуры города подвергли внутренней обработке, началось строительство новых зданий, фасады и помещения которых стали стилизовать под старинные заводы. Такие копии также ценят на рынке. Истинные же лофты, стены которых хранят дух прошлых лет, постепенно превращаются в своеобразный антиквариат жилищного рынка. С годами их стоимость только растет.

Приметы стиля

Что же делает лофты столько привлекательными для потребителя? Безусловно, это не только созданный богемой имидж модного и светского жилища, но и особенности подобного вида жилья, совершенно непохожего на обычные квартиры. Дело в том, что лофты создавали там, где ранее располагались производственные помещения, поэтому такое жилье представляет собой открытое пространство площадью от 200 до 1000 кв. м с минимальным количеством несущих конструкций и перегородок. Многие лофты представляют собой одну огромную комнату (выделены только санузлы), в других все же отгораживают одну или несколько спален. Обязательным условием является лишь принцип студио: основное пространство зонируют исключительно цветом и фактурой материалов. Встречается и вертикальное зонирование — как правило, лофт имеет несколько уровней, на верхних антресолях расположены помещения личного пользования. Все детали оформления и предметы словно укрупнены — лофт не разменивается по мелочам и не страдает излишней, конфетной декоративностью. Это апартаменты с мужским характером, не накладывающие на своего хозяина никаких ограничений, дом, в котором в прямом смысле слова дышится полной грудью.
Материалы несут на себе отпечаток индустриального прошлого. Характерным признаком лофта стали неоштукатуренные кирпичные стены, причем если изначально в помещении нет подобных поверхностей, стены часто облицовывают специально состаренной кладкой. Если здание сделано из бетона, то кое-где обязательно оставляют шершавые бетонные стены и цементные полы. Второй доминирующий материал — металл. Из него изготавливают не только вентиляционные и водопроводные трубы, которые в лофтах принято выставлять на всеобщее обозрение, но и значительную часть мебели. Особый шик придают детали, сохранившиеся с заводских времен, — чугунные колонны, бетонные балки, пол из грубых досок, а иногда даже остатки станков, оформленные как арт-обьекты. Стекло — третий кит лофта, оно повсюду. Это и гигантские (от пола до потолка) окна, и стеклянная мебель, словно висящая в воздухе на фоне темного кирпича, и немногочисленные перегородки спален и ванных комнат, которые обычно делают из стеклоблоков.
Слово «лофт» созвучно немецкому luft, то есть «свет». И действительно, свет становится в этих жилищах важнейшим действующим лицом, проникая в помещение со всех сторон и создавая ощущение прозрачности. Такой же прозрачной и открытой является и жизнь обитателей лофтов — в ней нет места беспорядку, мусору или разбросанной по полу одежде, потому что вся она проходит на виду. Владельцы подобных апартаментов обычно люди модные и светские, экстраверты, любящие общение, ведь огромные, лишенные перегородок площади идеально приспособлены для всевозможных тусовок и вечеринок. Основные потребители лофтов — деятели культуры и шоу-бизнеса, одинокие состоятельные холостяки средних лет, молодые супружеские пары, ведущие богемный образ жизни, и представители золотой молодежи. Часто архитекторы или художники сочетают приятное с полезным, организовывая в лофте выставку своих работ или студию-мастерскую. Коллекционеры размещают в помещении собрания картин, скульптуры или антикварной мебели, благо метраж позволяет, а сдержанные краски и отсутствие мелких деталей служат лучшим фоном для произведений искусства любого стиля.

Первая ласточка

Промышленный стиль оформления интерьера, родившийся в Нью-Йорке в 20 х годах, пришел в Москву достаточно давно. Однако за неимением истинных лофтов дизайнеры начали создавать псевдолофты — квартиры, в которых большая часть площади отдана свободному пространству, а антикварные бюро и конструктивистские диваны соседствуют с голыми кирпичными стенами и коллажами Энди Уорхолла. Такие апартаменты обыкновенно возникают в отреставрированных мансардах зданий XVIII — XIX вв. в центре города, где можно к минимуму свести несущие конструкции. Однако настоящих лофтов с промышленной историей до недавнего времени не существовало. Хотя некоторые предприятия выведены из Центрального округа столицы, площади их уже отданы под офисные и развлекательные учреждения. Так, на бывшем заводе «Арма» в районе Курского вокзала создан ночной клуб, на фабрике технических бумаг «Октябрь» — выставочный зал «ПRОЕКТ_FАБRИКА», в цехах ткацкой фабрики «Красная роза» — центр дизайна Art Play, а в здании Трехгорной мануфактуры на Красной Пресне — деловой центр. Дело в том, что в Москве стоимость аренды или продажи нежилых помещений равна, а то и превосходит цены на жилые площади, поэтому скорее бывший завод после реконструкции станет очередным бизнес-оазисом — это инвесторам проще и выгодней. Играет роль и огромная стоимость московской земли — большая часть старинных производственных зданий имеет высоту в два-три этажа, тогда как на их месте можно возвести в ЦАО семиэтажное здание, не нарушая при этом установленных московским правительством высотных ограничений.
Жизнь, однако, не стоит на месте. Недавно в столице запущен новый уникальный проект — реконструкция шоколадной фабрики «Красный Октябрь», построенной в 1867 году. Комплекс располагается в чрезвычайно выгодном месте — на единственном в Москве острове, и из окон будущих элитных квартир откроется вид не только на Москву-реку, но и на Кремль и храм Христа Спасителя. Объекты, признанные памятниками архитектуры, — два производственных корпуса и здание императорского яхт-клуба, а также шесть объектов особо ценной исторической застройки — будут бережно сохранены и реконструированы. Кроме того, на территории фабрики возведут ряд новых зданий, как жилых, так и торговых и офисных. Всего генеральный застройщик (группа «ГУТА-Девелопмент») планирует создать более 100 тыс. кв. м дорогого жилья. К проекту одновременно привлечены архитектурные звезды мирового масштаба, совершенно разные по стилю и манере исполнения — именно так поступают в западных столицах. По прогнозам стоимость 1 кв. м жилой площади в «Красном Октябре» будет начинаться от 20 тыс. долл. Многие же прочат уровень в 30 тыс. долл. Со временем квартиры только подорожают — тому в немалой степени поспособствует не только качество реконструкции и окружающий само понятие лофта ореол эксклюзивности, но и роскошный, неповторимый вид из окна, имеющий для отечественного покупателя решающее значение. После «Красного Октября» в планах девелоперов новые реконструкции. Потенциальными объектами могут стать пивной завод «Хамовники» или корпуса завода «Серп и Молот» в Лефортово, индустриальные помещения в Замоскворечье, на Новослободской, на Шаболовке и на Красной Пресне. В планах московского правительства в ближайшие три года освободить территорию 300 промышленных предприятий, поэтому «Красный Октябрь», скорее всего, станет лишь первой ласточкой новой эпохи.

Напрасные сомнения

Мнения риелторов по поводу ожидаемого спроса на лофты расходятся. Несмотря на то что жилища в обновленном «Красном Октябре», безусловно, расхватают как горячие пирожки, многие специалисты считают, что лофт в Москве никогда не станет столь популярным и статусным течением, как в Америке или Европе. Обусловлено это тем, что понятие роскоши и престижа в сознании москвича любого социального статуса и сегодня прочно связаны с дворцовыми интерьерами в стиле классика или ампир. Причины такой избирательности лежат на поверхности, ведь именно в те годы, когда формировались основы современных архитектурных стилей на Западе, в нашей стране дизайн жилого пространства отсутствовал как класс. Единственными красивыми интерьерами были превращенные в музеи осколки Российской империи — национализированные дворцы и усадьбы. Поэтому большинство состоятельных людей по-прежнему стремятся к пышной декоративности классических стилей, не совсем уместных в условиях отсутствия дворцов и замков, для которых они и были предназначены. Но у каждой эпохи свои кумиры, и хотя нескольких лет даже очень активного развития архитектуры пока недостаточно для формирования у русского потребителя широкого кругозора и тонкого вкуса, мы все же полагаем, что лофты в Москве приживутся. Ведь нашей динамичной, модной и разносторонней столице как нельзя лучше подходит именно такое жилье — просторное и функциональное, предназначенное для жизни в стремительном городском ритме, но в то же время сохранившее дух старины. Лофт — истинное жилье XXI века, органично соединяющее старое и новое, — дарит своим обитателям чувство не только пространственной, но и внутренней свободы. А это, поверьте, стоит любых денег.